Wella-salon.ru

Женская красота и Здоровье
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Ниволумаб отзывы пациентов рак легких

Правда и вымысел вокруг иммунотерапии. Интервью с онкологом Михаилом Ласковым

В октябре Нобелевку вручили исследователям иммуотерапии. Если и раньше вокруг этого метода ходило много слухов, то после решения Нобелевского комитета ажиотаж возрос еще больше. Мы поговорили с онкологом Михаилом Ласковым о том, что такое иммунотерапия и что выдают за иммунотерапию, при лечении каких видов рака она наиболее эффективна, и почему во многих случаях ее нельзя использовать.

Что такое иммунотерапия?

Иммунотерапия – это относительно новый метод лечения онкологических заболеваний. Иммунотерапия не действует напрямую на опухоль, но заставляет иммунитет убивать раковые клетки. Это и есть принципиальное ее отличие от химиотерапии и таргетной терапии.

По большому счету, иммунотерапия заставляет иммунитет делать то, что он и так должен, но не делает по каким-либо причинам. Например, иногда раковые клетки маскируются под здоровые, тогда иммунная система перестает воспринимать их как инородные и не уничтожает. Иммунотерапия может “снимать маску” с опухолевых клеток и помогать иммунитету распознавать их.

Справедливости ради нужно сказать, что сейчас поднялся очень большой хайп по поводу иммунотерапии, потому что вышли действительно эффективные препараты: авелумаб, атезолизумаб, дурвалумаб, пембролизумаб, ниволумаб и ипилимумаб. Но иммунотерапия началась, конечно же, не сейчас и даже не три года назад. Она очень давно применялась с переменным успехом. Как правило, с не очень большим.

Что же произошло сейчас? Появился новый класс препаратов, которые действуют на рецепторы PD1 и PD-L1. Именно эти рецепторы позволяют опухолевой клетке повлиять на иммунитет так, чтобы он перестал распознавать ее, и, следовательно, убивать раковые клетки.

Для лечения каких видов рака используется иммунотерапия?

Сначала эти препараты начали применяться при меланоме и имели большой успех. Почему именно при меланоме? Как мы понимаем, есть опухоли, которые лечатся относительно легко, а есть те, что лечатся очень плохо, рак поджелудочной, например.

Новые препараты стараются разрабатывать именно для труднолечимых раков. Меланома – это как раз один из таких труднолечимых раков, в лечении которого двадцать лет не происходило ничего хорошего, никаких новых высокоэффективных препаратов не появлялось.

Иммунотерапия показала себя очень эффективно при меланоме, все воодушевились и начали применять этот метод лечения на все раки, которые только могли. Тут, конечно же, очень быстро выяснилось, что где-то он работает, где-то не работает совсем, а где-то работает только в конкретных ситуациях.

Иммунотерапия сейчас успешно применяется при лечении рака легких. Как мы знаем, есть разные мутации и разные виды этого рака. И при некоторых из них иммунотерапия быстро заменила химию, оказалась и лучше, и безопаснее. Это очень большой успех. Но стоит помнить, что далеко не весь рак легких успешно лечится иммунотерапией.

В России иммунотерапию также используют при лечении рака почек, а на Западе – в случаях рака головы и шеи, лимфомы Ходжкина, рака мочевого пузыря и некоторых случаях рака печени.

Как объяснить, что иммунотерапия подходит только по показаниям и небольшому проценту больных?

Как и все, что есть в онкологии, иммунотерапия – это не панацея от всего рака. Это просто еще один способ воздействовать на опухоль, далеко не всегда эффективный и ни разу не безопасный

Использовать иммунотерапию можно лишь в ограниченном количестве случаев. На данный момент ее эффективность доказана только для следующих видов рака:

— немелкоклеточный рак легких;

— мелкоклеточный рак легких;

— рак головы и шеи;

— рак мочевого пузыря.

*** Иммунотерапия может быть эффективной в строго определенных ситуациях даже при вышеуказанных видах рака.

К тому же есть ряд побочных эффектов. И довольно серьезных. В некоторых случаях иммунная система начинает атаковать здоровые ткани и органы, что может вызвать такие осложнения, как:

— проблемы с желудочно-кишечным трактом,

— нефрит и нарушение функции почек,

— мышечные боли, боли в костях и суставах,

— ощущение усталости, слабость,

— тошнота, диарея, нарушения аппетита и др.

Впрочем, серьезные осложнения появляются в среднем только в одном случае из шести.

В октябре вы назвали Нобелевскую премию за иммунотерапию премией для маркетологов. Почему вы отреагировали именно так?

Вспомним историю прекрасного препарата бевацизумаб. Когда он вышел, маркетологи подняли хайп по поводу этого средства, которое останавливает рост сосудов в опухоли. Начали из каждого утюга говорить о том, какое это чудо-чудо-чудо. В итоге, конечно, никакого чуда не было, и этот препарат нашел свое довольно ограниченное применение. И по соотношению цена-польза он, вежливо говоря, далеко не идеален.

И вот уже на этой неделе ко мне толпами приходят люди, которые пытаются спастись при помощи иммунотерапии. И только максимум у 10 % из них этот метод можно пробовать с неизвестным результатом.

Вот про такую ситуацию как раз и было предостережение в этом посте. Потому что на этом сейчас можно быстро срубить много денег в России, именно срубить, а не заработать. Ведь у людей есть все подтверждения: 1) не могли просто так дать Нобелевку; 2) все журналисты написали, что это чудо и панацея; 3) препарат стоит от 200 тысяч в месяц. Все сходится – Нобелевка, цена. Отлично, квартиру продаем.

И тут еще какой-нибудь радостный доктор из частной клиники предлагает его назначить и прямо сейчас, ведь завтра может быть уже поздно.

И главное – очень хочется верить, что это спасет. Это ведь не гомеопатия, а высокая наука.

Как пациенту понять, назначают ему фейковые препараты или нормальные?

Это сделать можно, но необходимо, конечно, включать голову. Нужно много читать и стараться уметь разбираться в источниках.

Например, почитать гайдланы для пациентов NCCN или ESMO. Это англоязычные источники, NCCN – американский , ESMO – европейский. Кстати, мы сейчас переводим их на русский язык при помощи благотворительного фонда «Живой».

Еще можно посмотреть русскоязычные рекомендации, но только профессиональные.

Тут проблема, конечно, в том, что на русском языке практически ничего нету. Существуют клинические рекомендации, но они для врачей. Для пациентов – почти ничего. Вот у нас (на ютуб-канале Клиники амбулаторной онкологии и гематологии — примечание Profilaktika.Media) есть видео про иммунотерапию. Еще пара моих комментариев и несколько материалов моих коллег на эту тему. Но в общем море «ура-ура, нашли лекарство от рака», «британские ученые доказали…» это может быть очень сложно найти.

А какие препараты иммунотерапии используются сейчас в России?

Их всего четыре, и они довольно дорогие. Это атезолизумаб «Тецентрик», пембролизумаб «Кейтруда», ипилимумаб «Ервой» и ниволумаб «Опдиво». И все, больше пока ничего нет, но много всего на предрегистрационной стадии.

Какие “методики” на рынке выдают за фальшивую иммунотерапию? Например, назначают профилактические капельницы с иммуномодуляторами против рака.

Инарон, рефнот, вакцины всякие, фракция АСД, всего и не упомнишь.

Как пациенту понять, что ему нужна и может помочь иммунотерапия и как ее можно попробовать получить в рамках ОМС?

Поговорить с врачом, почитать надежные источники (об этом выше). По ОМС пойти к химиотерапевту по месту жительства. Все, больше никак.

За счет чего иммунотерапия такая дорогая? Из чего складывается стоимость лекарства?

Разработка нового лекарства, действительно нового, как эти ингибиторы, стоит миллиард долларов. И семь лет после разработки формула защищена патентом. После этого срока буквально на следующий же день заранее скопированный препарат начинают продавать дешевле.

Появляется большая конкуренция. Соответственно, за эти семь лет люди, работающие над созданием лекарства, должны вернуть себе “ярд” и заработать. Один “ярд” что в себя включает? Что из 10 лекарств, которые на ранней стадии компания начинает разрабатывать, до клиник доходит только одно, и это занимает лет двадцать.

Читать еще:  Муж телец отзывы женщин

Соответственно, вот и вся экономика, за 7 лет нужно всю стоимость отбить и немного заработать для акционеров. Очень сложно разрабатывать и очень просто копировать.

Как пациенту понять, что он наткнулся на мошенников?

Сигнальный значок – это, прежде всего, давление. Когда начинается – давайте скорее, уже вчера надо было начать применять препарат, думать вам некогда, по другим местам ходить нечего. То есть такие довольно простые элементы давления.

В онкологии, на самом деле, крайне редко бывает так, что необходимо вот прямо сейчас, сию минуту начать лечение.

Понятно, что если требуют много денег и есть давление по времени, чтобы человек не успел одуматься, то, скорее всего, что-то не так.

Ниволумаб отзывы пациентов рак легких

Тюляндин Сергей Алексеевич
Председатель Российского общества клинической онкологии,
заведующий отделением клинической фармакологии и химиотерапии,
заместитель директора по научной работе
ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России,
доктор медицинских наук, профессор,
Москва

Ранее были рассмотрены результаты исследований моноклонального антитела к рецептору PD-1 пембролизумаба в качестве системной терапии первой линии у больных немелкоклеточным раком легкого (НМРЛ). Проведенные исследования показывают, что пембролизумаб один или в сочетании с химиотерапией демонстрирует лучшие результаты лечения по сравнению с одной химиотерапией независимо от гистологии опухоли и экспрессии PD-L1. При высокой экспрессии PD-L1 достаточно назначения только пембролизумаба, при более низких значениях или ее отсутствии целесообразно комбинировать пембролизумаб с химиотерапией. В данной работе будут проанализированы результаты исследований другого ингибитора контрольных точек – моноклонального антитела к рецептору PD-1 ниволумаба.

Следует напомнить, что ниволумаб, как и пембролизумаб и атезолизумаб, был зарегистрирован для проведения второй линии системной терапии у больных НМРЛ, продемонстрировав примерно равную эффективность как у больных с плоскоклеточным, так и с неплоскоклеточным раком легкого. Однако существует разница в селекции больных между пембролизумабом и двумя другими препаратами. Для первого была показана четкая взаимосвязь между выраженностью экспрессии PD-L1 и эффективностью лечения, в связи с чем препарат показан больным с экспрессией PD-L1 более 1% опухолевых клеток. Для ниволумаба и атезолизумаба не было обнаружено убедительной зависимости противоопухолевого эффекта от экспрессии PD-L1, в связи с чем их можно назначать всем больным НМРЛ без определения экспрессии. Важно помнить, что для каждого изученного препарата существует свой диагностический набор для определения экспрессии PD-L1 в опухоли с различной связывающей способностью диагностических моноклональных антител к лиганду и различной методологией оценки экспрессии. Возможно, особенности определения экспрессии PD-L1 для каждого препарата оказали существенное влияние на селекцию больных в исследования и результаты лечения в первой линии.

Ниволумаб в дозе 3 мг/кг каждые 2 недели был изучен в сравнении с цисплатин-содержащими комбинациями в качестве первой линии системной терапии у больных НМРЛ с экспрессией PD-L1 более 1% в рамках рандомизированного исследования CheckMate 026 [1]. Включались больные IV стадией болезни, разрешалось включение больных с бессимптомными метастазами в головной мозг после ранее проведенного адекватного локального лечения. Не разрешалось включение больных с наличием активирующих мутаций EGFR и ALK в опухолевых клетках. Ниволумаб вводили до признаков прогрессирования или непереносимой токсичности, но не более 2 лет; больные в группе химиотерапии получали 4-6 курсов лечения каждые 3 недели. В случае прогрессирования болезни пациентам из группы химиотерапии разрешалось получать ниволумаб. Основным критерием эффективности была медиана времени до прогрессирования у больных с экспрессией PD-L1 более 5%. Вторичными критериями были медиана времени до прогрессирования для всех рандомизированных больных с PD-L1 экспрессией более 1%, общей продолжительности жизни в когорте с экспрессией более 5% и более 1%, токсичность проведенной терапии.

В исследование было включено 423 больных c экспрессий PD-L1 более 5% опухолевых клеток, из них у 214 больных отмечалась экспрессия более 50%. При медиане наблюдения 13,7 мес. в группе больных с экспрессией PD-L1 более 5% медиана времени до прогрессирования составила 4,2 мес. в группе ниволумаба и 5,9 мес. в группе химиотерапии (HR=1,15; p=0,25), медиана общей продолжительности жизни – 14,4 мес. и 13,2 мес. соответственно (HR=1,02). Не отмечено улучшения результатов лечения от использования ниволумаба и в группе с высокой (более 50% опухолевых клеток) экспрессией PD-L1: медиана времени до прогрессирования составила 5,4 мес. и 5,8 мес. соответственно, медиана продолжительности жизни – 15,9 мес. и 13,9 мес. При подгрупповом анализе не получено свидетельств преимущества ниволумаба в сравнении с химиотерапией ни в одной изученной подгруппе.

Был проведен незапланированный анализ эффективности ниволумаба и химиотерапии в зависимости от величины мутационной нагрузки (tumor mutational load). Мутационная нагрузка является количественным показателем, характеризующим число мутаций в 1 мегабазе кодирующего генома опухолевых клеток. Показано, что ниволумаб был более эффективен, чем химиотерапия, в группе больных с высокой (более 10 мутаций на 1 мегабазу кодирующего генома) мутационной нагрузкой: медиана времени до прогрессирования составляла 9,7 мес. и 5,8 мес. соответственно (HR=0,62). Показатель общей выживаемости был одинаков для ниволумаба и химиотерапии. Следует учесть, что 68% больных с высокой мутационной нагрузкой получали ниволумаб в случае прогрессирования, что могло нивелировать влияние препарата на общую продолжительность жизни. В группе с низкой мутационной нагрузкой химиотерапия демонстрировала лучшие результаты по сравнению с ниволумабом.

Частота побочных эффектов 3-4 степени составила 18% в группе ниволумаба и 51% в группе химиотерапии. Это послужило причиной для отмены лечения у 10% и 13% больных соответственно. В процессе проведения лечения умерли от осложнений 2 больных в группе ниволумаба (мультиорганная недостаточность и пневмония) и 3 больных в группе химиотерапии (сепсис и фебрильная нейтропения).

Авторы сделали вывод, что назначение ниволумаба в первой линии системной терапии больных НМРЛ с экспрессией PD-L1 более 5% не проводит к увеличению медианы времени до прогрессирования и общей продолжительности жизни в сравнении с химиотерапией. При этом ниволумаб обладает лучшей переносимостью в сравнении с химиотерапией.

Следующая попытка интеграции ниволумаба в первую линии системной терапии НМРЛ связана с изучением комбинации ниволумаба и ипилимумаба. Оба препарата обладают синергией в реализации противоопухолевого иммунного ответа, что было убедительно продемонстрировано у больных меланомой. Ипилимумаб способствует передаче информации о наличии опухолевого антигена от дендритной клетки к Т-лимфоциту в лимфатическом узле. В свою очередь, ниволумаб защищает рецептор PD-1 на мембране цитотоксического Т-лимфоцита от ингибирующего эффекта лиганда PD-L1, продуцируемого опухолевыми клетками, способствуя этим реализации противоопухолевого иммунного ответа. В исследовании CheckMate 227 изучалась целесообразность назначения ниволумаба или его комбинации с ипилимумабом в первой линии у больных НМРЛ [2]. Больные с экспрессией PD-L1 более 1% рандомизировались в группу ниволумаба 3 мг/кг каждые 2 недели, ниволумаба и ипилимумаба 1 мг/кг каждые 6 недель или в группу цисплатин-содержащей химиотерапии 4 курса в зависимости от гистологического типа. Для больных с неплоскоклеточным раком проводили лечение комбинацией цисплатина или карбоплатина с пеметрекседом, у больных с плоскоклеточным раком использовали комбинацию гемцитабина и цисплатина. Больных НМРЛ с экспрессией PD-L1 менее 1% рандомизировали в группу ниволумаба и химиотерапии, ниволумаба и ипилимумаба и химиотерапии только. Кроссовер в случае прогрессии не был разрешен. У всех больных определяли мутационную нагрузку с помощью единственного зарегистрированного коммерческого теста FoundationOne CDx. Из исследования исключались больные с наличием мутации EGFR и ALK транслокации. Основным критерием эффективности была медиана времени до прогрессирования в зависимости от проведенной терапии и характера мутационной нагрузки, а также медиана общей выживаемости в зависимости от проведенной терапии и экспрессии PD-L1. В апрельском номере New England of Medicine представлена часть исследования эффективности комбинации ниволумаба и ипилимумаба в сравнении с химиотерапией у больных с высокой (более 10 мутаций/мегабазу) мутационной нагрузкой.

Читать еще:  Он рак она лев

В исследование было включено 1739 больных с известной экспрессией PD-L1, из них мутационная нагрузка была определена лишь у 1004 (58%) больных. Высокая мутационная нагрузка имела место у 444 больных, включая 139 больных, получавших ниволумаб и ипилимумаб, и 160 больных, получавших химиотерапию. По своим демографическим и клиническим характеристикам группы между собой не отличались: медиана возраста – 64 года, 66-70% – мужчины, более 90% – курильщики, плоскоклеточный рак диагностирован у 32-34% пациентов, экспрессия PD-L1 более 1% – у 70-72%.

Для всех больных, независимо от мутационной нагрузки, назначение комбинации ниволумаба и ипилимумаба сопровождалось увеличением медианы времени до прогрессирования по сравнению с химиотерапией с 4,9 мес. до 5,5 мес., одногодичной выживаемости без прогрессирования с 17% до 30,9%, что соответствует снижению относительного риска прогрессирования на 17%. У больных с высокой мутационной нагрузкой медиана времени до прогрессирования составила 7,2 мес. для комбинации и 5,5 мес. для химиотерапии, одногодичная выживаемость без прогрессирования – 42,6% и 13,2%, что соответствует достоверному снижению относительного риска прогрессирования на 42% (HR=0,58; p<0,001). У больных с высокой мутационной нагрузкой комбинация была эффективнее химиотерапии независимо от экспрессии PD-L1 (более или менее 1%) и гистологического строения опухоли. У больных с высокой мутационной нагрузкой и экспрессией PD-L1 более 1% назначение ниволумаба не имеет преимуществ перед химиотерапией: медиана времени до прогрессирования составила 4,2 мес. и 5,6 мес. соответственно.

Комбинация ниволумаба и ипилимумаба обладает серьезной токсичностью. Хотя частота побочных эффектов 3-4 степени была сопоставимой с химиотерапией (31% и 36%), лечение чаще прекращали по причине токсичности в группе иммунотерапии (17% и 9%). Основными побочными эффектами комбинации были кожная токсичность любой степени (34%) и аутоиммунные гепатиты 3-4 степени (8%).

Другая часть исследования, которая была посвящена больным с экспрессией PD-L1 менее 1%, была доложена на прошедшем конгрессе ASCO [3]. В эту часть было включено 550 больных, которые получали только химиотерапию, химиотерапию в сочетании с ниволумабом или комбинацию ниволумаба и ипилимумаба. Медиана возраста больных составила 64 года, плоскоклеточный рак диагностирован у 24-25% больных, высокая мутационная нагрузка (более 10 мутаций на 1 мегабазу) определялась у 42-45% пациентов.

Для всех больных, включенных в исследование независимо от мутационной нагрузки, комбинация ниволумаба с химиотерапией увеличивала продолжительность одногодичной выживаемости без прогрессирования с 14% до 26%, что соответствует недостоверному снижению относительного риска прогрессирования на 21%. У больных с высокой мутационной нагрузкой наибольшая одногодичная выживаемость без прогрессирования отмечена при назначении комбинации ниволумаба и ипилимумаба (45%) в сравнении с комбинацией ниволумаба и химиотерапии (27%) и химиотерапии только (8%). У больных с низкой мутационной нагрузкой все 3 метода лечения были одинаково малоэффективны, с медианой времени до прогрессирования 3,1 мес., 4,7 мес. и 4,7 мес. соответственно и одногодичной выживаемостью без прогрессирования 16-18%. Побочные эффекты 3-4 степени чаще наблюдали в группе ниволумаба и ипилимумаба (52%) в сравнении с ниволумабом и химиотерапией (25%) и химиотерапией только (35%).

Авторы делают вывод, что у больных с высокой мутационной нагрузкой назначение в первой линии комбинации ниволумаба и ипилимумаба улучшает результаты лечения в сравнении с химиотерапией независимо от экспрессии PD-L1. Подчеркивается, что высокая мутационная нагрузка является полезным предиктивным биомаркером эффективности иммунотерапии. С ее помощью выявляется группа больных с низкой экспрессией PD-L1 и высоким шансом ответа на иммунотерапию. У больных с низкой экспрессией PD-L1 и низкой мутационной нагрузкой иммунотерапия обладает низкой эффективностью. Вместе с тем, нельзя замалчивать трудности использования этого теста в рутинной практике. Сегодня для определения мутационной нагрузки существует лишь один зарегистрированный дорогостоящий коммерческий тест и лишь две лаборатории (в США и Германии), которые его выполняют. Для его выполнения требуется большой образец опухолевой ткани. В исследовании CheckMate мутационную нагрузку удалось определить лишь у 58% больных, главным образом, по причине недостаточного объема опухолевой ткани. Все это делает ближайшие перспективы внедрения теста на мутационную нагрузку проблематичными.

Таким образом, проведенные исследования СheckMate 026 и 227 не смогли доказать преимущество ниволумаба перед химиотерапией в качестве первой линии системной терапии у больных НМРЛ. Комбинация ниволумаба и ипилимумаба оказалась достоверно более эффективной по сравнению с химиотерапией у больных с высокой мутационной нагрузкой, однако отсутствие доступного для широкой клинической практики теста в ближайшей перспективе делает невозможной селекцию больных для лечения этой комбинацией. Показанием к назначению ниволумаба остается вторая линия терапии у больных НМРЛ с прогрессированием после цисплатин-содержащей химиотерапии.

Ключевые слова: немелкоклеточный рак легкого, ингибиторы контрольных точек иммунного ответа, ниволумаб.

  1. Carbone DP, Reck M, Paz-Ares L, et al. First-line nivolumab in stage IV or recurrent non-small-cell lung cancer. N. Engl. J. Med. 2017; 376: 2415-26.
  2. Hellmann MD, Ciuleanu TE, Pluzanski A, et al. Nivolumab plus ipilimumab in lung cancer with a high tumor mutational burden. N. Engl. J. Med. 2017; 378: 2093-2104.
  3. Borghaei H, Hellmann MD, Paz-Ares LG, et al. Nivolumab (Nivo) + platinum-doublet chemotherapy (Chemo) vs chemo as first-line (1L) treatment (Tx) for advanced non-small cell lung cancer (NSCLC) with <1% tumor PD-L1 expression: Results from CheckMate 227. ASCO 2018, abstr. 9001.

Как работает и применяется ниволумаб в борьбе с раком

Опдиво — противоопухолевый препарат и фактический стимулятор иммунитета. Опдиво — это торговое название, присвоенное компанией-производителем моноклональному антителу ниволумаб. Антитело представляет собой чистейший и абсолютно однородный по свойствам белок, специфическое окончание «маб» указывает на его биологическую принадлежность к антителам. Сегодняшние стандарты рекомендуют прибегать к использованию опдиво при меланоме , немелкоклеточном раке легкого и почечно-клеточной карциноме .

Как работает опдиво

Механизм действия моноклональных антител (МАК), и опдиво в их числе, диаметрально отличается от всех прочих иммунологических противоопухолевых препаратов. Доставшиеся нам из прошлого века и до настоящего времени используемые в онкологии цитокины — интерферон-альфа и интерлейкин-2 — синтезированные человеком продукты жизнедеятельности лимфоцитов, доставляемые в организм уже в готовом виде.

В конечном итоге опдиво тоже вынуждает лимфоциты вырабатывать цитокины, но не прямым способом, а помогая лимфоциту выйти из оцепенения, в которое его ввергает злокачественный процесс.

Непосредственное взаимодействие с лимфоцитом ниволумаб осуществляет через специальный рецептор на поверхностной мембране. Занятый им рецептор не может связаться с продуцируемыми опухолевыми клетками и их окружением — лигандами. Лиганды специально синтезируются для обмана лимфоцита, чтобы он не замечал развитие злокачественного процесса. Связывание лигандов со специальным рецептором PD-1 на поверхности лимфоцита приводит к нарушению его работы и воспроизводства. В результате получается, что опухолевые клетки не замечаются «больным» лимфоцитом и могут спокойно воспроизводить себе подобных.

С помощью МКА лимфоцит «прозревает» и вырабатывает смертельные для раковой клетки цитокины. Если интерферон и интерлейкин вводятся в огромных дозах, то активированный опдиво лимфоцит вырабатывает их без превышения своих функциональных возможностей. О существовании рецептора узнают по присутствию специфического белка PD-1, который находят у 10–15% больных.

Читать еще:  Он рак она дева совместимость

Опдиво при меланоме

Все иммуноонкологические препараты впервые пробуют у больных с распространенной меланомой. Иммунотерапия в онкологии началась тоже с меланомы, поскольку реакция на химиотерапию цитостатиками была очень вялой.

Несмотря на активное применение интерферона-альфа и из-за высокой токсичности очень нечастое использование интерлейкина-2, до начала второго десятилетия XXI века результаты терапии была очень неважными. Эта категория пациентов считалась едва ли не самой несчастной, и было из-за чего: крошечная в несколько миллиметров «родинка» быстро приводила к килограммовым конгломератам метастазов и ничем не удавалось их побороть.

Доказано, что эффект иммунной терапии тем вероятнее, чем больше мутаций присутствует в опухолевых клетках, а меланома — лидер по мутациям среди злокачественных процессов. Уже первое клиническое исследование продемонстрировало, что ниволумаб увеличил продолжительность жизни страдающих распространённым опухолевым процессом, позволив 43% пациентов пережить три года, а средний срок жизни составил более 16-20 месяцев и зависел от дозы. Никогда раньше онкологи надеяться не могли на такой результат лекарственной терапии.

Как предполагается, результативность лечения связана с численностью лимфоцитов в опухолевом окружении, если их мало, то и эффект оставляет желать лучшего. При обильной инфильтрации меланомы лимфоцитами опдиво не преминет показать свою силу.

Сегодня опдиво включено в стандарт терапии неоперабельной и метастатической меланомы. При высокой стадии и мутации генов BRAF, V600, WT, а также без учёта мутаций после удаления всех опухолевых образований при исходной IV стадии годичное профилактическое применение ниволумаба после операции признано оптимальным режимом, снижающим вероятность рецидива.

Опдиво при раке легкого

Первое клиническое изучение ниволумаба продемонстрировало уменьшение опухолевых образований у каждого пятого пациента. При детальном анализе характеристик не ответивших на лекарство пациентов выяснилось, что применение бесполезно при плоскоклеточной форме рака, но не при аденокарциноме или вариантах крупноклеточного рака.

У не реагировавших на введения ниволумаба также отмечался невысокий уровень продуцируемых опухолью лигандов, связывающихся с рецептором PD-1. При сравнении почти 400 пациентов, получавших наиболее результативный цитостатик или ниволумаб, только применение МКА дало больным несколько дополнительных месяцев жизни.

В 2015 году официально получено разрешение на использование опдиво для лечения неоперабельного или метастатического рака не плоскоклеточного строения и при наличии PD-1, причём высокий уровень позволяет применение ниволумаба сразу на первой линии, при невысоком — после прогрессировании на таргетных и цитостатических препаратах, то есть во второй линии лечения.

Опдиво при раке почки

При раке почки интерферон-альфа и интерлейкин-2 также актуальны, как и в конце ХХ века, но сегодня их можно сочетать и с другими противоопухолевыми средствами, если у больного имеются определенные прогностические признаки — критерии.

В большинстве случаев предпочтение отдается таргетным препаратам, меняющим биохимические процессы в раковых клетках. Тем не менее клинические исследования опдиво при почечно-клеточном раке показали сходные результаты по частоте уменьшения опухолевых узлов и продолжительности жизни больных.

Стандарт применения ниволумаба тоже определен, это прогрессирование распространённого злокачественного процесса или метастазов на фоне таргетных препаратов.

Какие осложнения вызывает опдиво

Введение опдиво активизирует иммунитет, что приводит к развитию аллергических реакций разного типа и интенсивности. Как любой белок, препарат моноклонального антитела может усугубить аутоиммунные заболевания, обусловленные аллергической реакцией на собственные ткани. Спектр осложнений достаточно весом, но проявления сугубо индивидуальны и в большинстве случаев вполне переносимы без снижения разовой дозы.

Проблема в другом — в доступности лечения у опытного химиотерапевта, работающего в клинике, где есть всё необходимое для проведения противоопухолевой терапии и своевременной диагностики осложнений, купирования побочных реакций и скорейшего восстановления организма. Если вы ищете такого врача, приходите в клинику «Медицина 24/7».

Ниволумаб существенно увеличивает пятилетнюю выживаемость при неоперабельном раке

Исследовательская группа во главе с экспертами из Института иммунотерапии рака им. Блумберга-Киммеля при Онкологическом центре им. Джона Хопкинса сообщает об улучшении пятилетней выживаемости после терапии новым агентом иммунотерапии — Ниволумабом (анти- PD-1).

В исследовании приняли участие 270 взрослых мужчин и женщин, у которых предыдущие методы лечения не смогли остановить их прогрессирующую меланому, почечно-клеточный рак (RCC) или немелкоклеточный рак легкого (NSCLC).

Сообщается, что показатели выживаемости оказались значительно выше, чем ожидалось от методов лечения рака, доступных в 2008 году в начале клинического испытания, включая химиотерапию, ингибиторы киназы, биологическую терапию, антиангиогенную терапию и биологическую терапию.

Что показало исследование

При обычном системном лечении пациентов с раком IV стадии трехлетняя выживаемость при прогрессирующей меланоме составляла приблизительно 5%, а пятилетняя выживаемость при НМРЛ составляла 6% на момент начала текущего исследования.

Результаты Ниволумаба, опубликованные 25 июля в JAMA Oncology, показывают более высокие, чем ожидалось, показатели пятилетней выживаемости — 34,2% для меланомы, 27,7% для RCC и 15,6% для NSCLC.

Кроме того, в этом исследовании, которое обеспечивает максимально длительное наблюдение пациентов с несколькими типами рака, получающих ингибитор пути PD-1, ответы были длительными.

«Новое исследование предоставляет столь необходимые данные о долгосрочных клинических исходах, связанных с Ниволумабом, препаратом, который блокирует активность молекулы PD-1, снимая ограничения на поражающие рак Т-клетки», — говорит Сюзанна Топалян, доктор медицины, профессор хирургии, заместитель директора Института иммунотерапии рака им. Блумберга-Киммеля и ведущий автор отчета об исследовании.

Доктор Топалян говорит, что исследовательская группа также определила некоторые клинические и лабораторные особенности у этих пациентов, связанные с пятилетним исходом.

Что такое Ниволумаб?

PD-1 на мембране иммунных клеток взаимодействует с молекулой PD-L1, экспрессируемой опухолевыми клетками. Раковые клетки используют это тормозящее взаимодействие, чтобы «спрятаться» от иммунной атаки организма.

Ниволумаб (анти-PD-1) и другие препараты этого класса делают опухолевые клетки снова видимыми и восстанавливают способность иммунной системы распознавать и убивать их.

Кто участвовал в исследовании

Пятилетнее исследование выживаемости включало 270 пациентов с прогрессирующей меланомой, почечно-клеточным раком или немелкоклеточным раком легкого, зарегистрированных в 13 медицинских центрах США, начиная с 2008 года, в фазе 1 клинического испытания Ниволумаба. Пациенты получали различные дозы препарата (от 0,1 до 10,0 мг/кг) внутривенно в поликлинике каждые две недели в восьминедельных циклах на срок до двух лет.

Пациенты ранее лечились от прогрессирующего рака, то есть рака, который распространился за пределы досягаемости хирургического вмешательства. 40,4% больных вошли в исследование Ниволумаба после трех или более предыдущих курсов системного лечения.

«Несмотря на то, что все пациенты проходили лечение ранее, количество предыдущих курсов не имело статистической разницы с точки зрения пятилетней выживаемости в этом исследовании», — отметила Топалян.

Интересная зависимость

По словам Топалян, интересная особенность, обнаруженная в пятилетнем исследовании выживаемости, заключается в том, что общее время выживания было значительно больше у пациентов, которые испытывали побочные эффекты, связанные с Ниволумабом, по сравнению с теми, у кого не было побочных эффектов.

Средняя продолжительность выживания составляла 19,8 месяца для тех, у кого были какие-либо нежелательные явления, и 20,3 месяца для тех, кто имел тяжелые побочные эффекты. Те же, кто не испытывал никаких побочных эффектов, имели продолжительность выживания 5,8 месяцев.

Около 10-20% пациентов испытывают серьезные побочные эффекты после приема Ниволумаба, включая воспалительные реакции в легких или кишечнике. Наиболее распространенными побочными эффектами препарата становятся усталость и сыпь. В большинстве случаев побочные эффекты от иммунотерапии могут быть клинически ослаблены так, чтобы они не становились опасными для жизни.

Топалян говорит, что ее команда исследователей и другие группы продолжают изучать конкретные причины, по которым побочные эффекты, по-видимому, являются маркерами долгосрочной выживаемости у пациентов, принимающих Ниволумаб.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector